Открытое письмо журналистам из одесского СИЗО

Открытое письмо журналистам из одесского СИЗО

В соцсети Facebook издание "ОднимСловом" опубликовали письмо, переданное журналистам адвокатом обвиняемого.  Зачастую в таких случаях освещают позицию только пострадавшей стороны. Журналисты "Редакции" опубликовали письмо "без цензуры":

Господа журналисты!

Я, Станислав Клечевский, пишу это открытое письмо из одесского СИЗО к Вам в надежде на помощь. Прочтите и постарайтесь понять весь ужас и безвыходность моего положения. 
Два с половиной года, я успешный предприниматель, бизнесмен , счастливый и заботливый отец нахожусь здесь, изредка выезжая на суды. Мне инкриминируют не коррупционное деяние, не езду пьяным на машине повлекшей за собой смерти, не разборки с криминалом, а законченное покушение на убийство своей бывшей жены( все живы )
Во многих газетах города , по телевидению, 2 года назад опубликовали информацию , что некий «К» совершил нападение с ножом на свою жену. Он нанес ей почти 20 ножевых ударов. – Вот пьянь подумает читатель, нарисовав себе образ законченного забулдыги забиравшего у своей жены последние 10 гривен на водку. 
Прочтет и забудет. На самом деле писали обо мне. В 2004 году я познакомился Еленой Косенко. Через некоторое время мы стали жить вместе. Уже тогда я стал замечать странное неадекватное поведение Елены. Она призналась что употребляет наркотики с 14 лет но хочет бросить. Я проплатил ее лечение в частной клинике и все более не менее стабилизировалось. В 2007 у нас родился сын Даниил. Но вместо того, чтобы заниматься воспитанием сына она вновь продолжила вести привычный образ жизни , выпивать и принимать наркотики, а в 2009 году она вообще пропала на 3 месяца и я жил сам с Двухлетним Даней. Вернулась избитая, зависимая и в долгах. Обещала, что больше этого не повторится. Я поверил. Она опять прошла курс лечения от наркотиков.

Примерно год, было все в порядке, потом опять начались прежние скандалы. Во время моего отъезда в командировку, она бросала сына одного дома и соседи выламывали двери, так как ребенок плакал по несколько часов один дома. В 2012 она снова ушла и мы остались опять с сыном одни. Осенью 2012 она вновь вернулась в семью. И опять год после этого все было более не менее нормально. В 2013 году у нас рождается дочка Амелия. В 2015 Елена срывается и начинает употреблять амфетамин и героин, оставляет двух детей дома и пропадает на месяц. За это ей Приморский суд дает статью за невыполнении родительских обязанностей и плохое отношении к к детям.

После этого, мы с ней практически не жили вместе, она стала употреблять амфетамин. героин ,соли, Я остался с двумя маленькими детьми один и с июля 2016 жил с детьми отдельно. Елена не приходила к ним и не звонила. В суд по детям принесла отказ от детей (есть документы). Тогда же я узнал, что у нее еще есть один сын, Алексей Косенко, 2000 г.р., которого она оставила в восьмимесячном возрасте с мужем и ни разу его после этого не видела. Много раз ей предлагали сдать анализы на наркотики в крови , она категорически отказывалась это делать.

В 2016 году я, через свою домработницу попросил Елену дать доверенность на выезд детей заграницу. Она дала разрешение за 500$. Мы уехали встречать Новый год в Финляндию, а потом приехали в Швейцарию, где сын сдал анализы на боррелиоз, и диагноз подтвердился(в 2015 его укусил клещ, и были сданы два анализа в Одессе которые показали положительный результат) Мне сказали, что в Минском медине есть врачи, которые лечат эту болезнь. Мне удалось записаться на прием к профессору Сергею Жаворонкову только на середину марта. Ждать своей очереди я решил в Москве, где сняли квартиру. Я понимал, что если вернусь, то она не даст мне возможность снова уехать и начать лечение. В марте мы показались врачу, где сыну поставили диагноз: 3 стадия боррелиоза. Был назначен курс лечения. Чтобы не отставать от учебного процесса я перевел сына в Московскую школу. В это время Елена решила напомнить о себе. Мне стали звонить из Одессы, из опекунского совета и из полиции с обвинениями в краже детей. Но после общения с детьми, предъявления доверенности и документов о болезни сына, звонки прекратились. Все это время их мать ни разу не пыталась позвонить детям, не отвечала на их звонки, а номера телефонов блокировала.

18 марта 2017 мы вернулись в Одессу. В тот же вечер у меня угнали машину. 19 я с товарищем провел почти целый день в полиции, разбираясь с этим делом. Около 19:00 мы закончили и я решил по дороге домой зайти к ней на работу.

Зайдя к ней Я сказал, что мы дома и она может при желании увидеть детей. Она стала на меня кричать, потом достала из под стоики небольшой нож и ударила меня им два раза в руку. Потом с криками “Я убью тебя и себя”, стала размахивать им и колоть меня и себя в грудь и руки ( оттуда у нее раны 3-5 мм глубиной) . Я схватил ее и стал отбирать нож, в результате чего она получила ранение в шею.(средней тяжести , две комиссионные экспертизы )
Елена не теряла сознания, разговаривала и давала показания следователю в письменной и устной форме , еще до операции, написала разрешение на операцию. А через 7 дней вышла из больницы.

Меня арестовали и уже более двух лет держат в СИЗО обвиняя в законченном покушении на убийство 115 ч.1 через 15 ч. 2.

Елена не разрешает общаться детям с моими родными, а младшей дочери говорит, что я умер. Мои подарки, вещи детям тут же выставляются на продажу на OLX ( есть скрины и видео признания детей). Алименты не берет, но говорит, что я их не плачу. Вступила в сговор с судебными исполнителями и насчитали мне долг на нереальную сумму . Хочет эти деньги получить только наличными. Но больше всего меня беспокоит здоровье сына, так как его лечением она не занимается, и отвергает сам факт болезни.
В это же время рассмотрение моего дела затягивается всеми способами. За год было всего лишь 6 заседаний. Действия органов полиции и прокуратуры остаются необъяснимыми. Например, не был допрошен охранник, который нашел нож, а потом выбросил его в другом конце ТЦ. его вообще в деле нет, только на видео . Нож на фото в деле то в крови, то без. показания свидетелей а также самой Елены постоянно меняются. мои порезы прокурорская экспертиза объяснила как воздействие тупых предметов, ног или рук. Вещи Елены были ей выданы на руки, а потом пропали. На ноже нет ни чьих потожировых ни Елены ни моих отпечатков , ни охранника который поднял нож. Прокуратура не отправила нож на дактилоскопическую экспертизу. На вещах у Елены было зафиксировано всего три пореза, а вот на моей куртке есть порез, но его вообще не замечают и эксперты не записали его. Также Елена отказалась проводить следственный эксперимент, на котором настаивала защита. Домработница, которая дала показания против меня, потом на судебном заседании призналась, что дала их под давлением родственников Елены и прокуратуры и на повторные показания приходить не хочет. Все ходатайства адвокатов прокуратура отклонят.
Два года я лишен права голоса.
Два года мне не дают сказать, что все обвинения – ложь. 
Я устал, на секунду представьте , что в этом диком , слепленном из домыслов преступлении обвиняют вас? Вам смешно? А мне нет. Вы бы точно также лихорадочно искали выхода из этой паутины лжи. И лишь запутывались бы в ней и в судебной бюрократии все больше. Может надо было подкупить судью? Но я невиновен! В наших судах практически не бывает оправдательных приговоров. Наверное, не будет и мне. С чего бы судьям из-за меня менять устоявшуюся традицию. Но мое сердце болит сейчас за детей. У них был день рождения и я поздравляю их только на своей странице в фейсбуке. Дорогие мои, мое сердце обливается кровью когда я думаю о вас. 
Я прошу вас господа журналисты приедьте на суд. Просто выслушайте меня. Пока суд уходит в совещательную комнату ко мне можно подходить. Моя жена интервью телеканалам не дает. И не приходит на заседания. Я отвечу вам на любые вопросы. Помогите мне. 
Прокуратура тянет так как понимает что я невиновен, и подписывать признание которое они с меня любыми путями хотят получить я не буду, я не виновен!!!!


Ссылка на ФБ Стаса. https://www.facebook.com/stas.ivanov.7906 


Также редакция "Однимсловом" сообщила что , данная информация может быть опровергнута другой стороной, но мы считаем, что когда обвиняемому не дают слова в течении двух лет, а в нашей судебной системе практически отсутствуют оправдательные приговоры это несправедливо и противоречит всем европейским цивилизованным нормам правосудия. По устным свидетельствам адвокатов Стас и сейчас находясь в незавидном положении оказывает материальную помощь детям. Так , говорится о 50 000 грн на вещи и 40 000 на иные траты. Каждое слово они готовы подтвердить документами.